Налог на бороду

Налог на бороду

29 августа (19 августа по старому стилю) 1698 года вышел знаменитый указ «О ношении немецкого платья, о бритии бород и усов, о хождении раскольникам в указанном для них одеянии», запретивший с нового года – с 1 сентября (11 сентября по новому стилю) ношение бород. Указ был подкреплен обедом у боярина Шеина по случаю Нового года. На званом обеде бороды резал уже не сам царь, а царский шут.

Получается, что настоящим днем запрета бород следует считать 11 сентября. Указ о введении пошлины велел брить бороды и усы людям любого чина, кроме попов и дьяконов, а с тех, кто этого делать не пожелает, брать пошлину. Сам указ до нас не дошёл, известно лишь, что он вызвал огромное сопротивление со стороны общественности.

Идея о налоге пришла Петру во время его первой поездки в Европу. Вернувшись из-за границы, царь Петр Алексеевич лично остриг бороды нескольким боярам знатных родов. Нововведение принималось с трудом, «босое рыло» вступало в конфликт с культурными традициями и религиозными нормами – церковь считала бритье бород грехом и не благословляла безбородых.

К сведению, брадобритие запрещено правилами 6 Вселенского Собора (см. толкование на 96 правило Зонара и греческую Кормчую Пидалион) и святоотеческими писаниями (творения св. Епифания Кипрского, св. Кирила Александрийского, бл. Феодорита, св. Исидора Пилусиота. Осуждение брадобритию также содержится в греческих книгах (Никона Черные Горы, сл. 37; Номоканон, пр.174). Святые отцы считают, что бреющий бороду тем самым выражает недовольство внешним обликом, который Творец дал человеку, оттуда возникает желание «поправить» Бога.

Одной из причин, по которой был введен налог на бороду – дефицит бюджета в преддверии Северной войны. Помимо бороды были обложены пошлиной и другие объекты повседневной жизни – бани, печные трубы, сапоги, дрова.

В 1699 году для подтверждения уплаты пошлины ввели специальную квитанцию об оплате в виде медного жетона – бородовой знак. До наших времен сохранились три вида бородовых знаков: 1699, 1705 и 1725 года. Всех их объединяло изображение на лицевой стороне бороды и надпись над ней «ДЕНГИ ВЗѦТЫ». Экземпляр бородового знака 1699 года известен в единственном экземпляре, его можно найти в коллекции Эрмитажа в Санкт-Петербурге.

С годами знак претерпел несколько изменений – к нему добавился двуглавый орел на обороте, появились разные варианты чеканки на знаке – отметки об оплате пошлины на следующий год, что помогало продлить срок службы знака еще на год. Такие надчеканенные бородовые знаки стали использоваться в качестве платежного средства, в связи с чем стали называться «бородовой копейкой».

Бородовой знак, 1705 года с надчеканкой. Фото hauptpostamt.

Новым указом 16 января 1705 года «О бритии бород и усов всякого чина людям, кроме попов и дьяков, о взятии пошлины с тех, которые сего исполнить не захотят, и о выдаче заплатившим пошлину знаков» была установлена разрядная сетка налогов.

Существовало несколько тарифов: с царедворцев и с дворовых и с городовых и всяких чинов служилых и приказных людей по 60 рублей с человека; с гостей и гостиной сотни первыя статьи по 100 рублей с человека; средней и меньшей статьи, которые платят десятые деньги меньше 100 рублей, с торговых и посадских людей по 60 рублей, третья статья, с посадских же и с боярских людей и с ямщиков и с извозчиков и с церковных причётчиков, кроме попов и дьяконов, и всяких чинов с московских жителей по 30 рублей с человека в год. Кстати, 30 рублей в тот период составляли годовой оклад пешего воина, поэтому борода стала дорогим удовольствием.

Крестьяне пошлину не платили, но каждый раз за въезд и выезд из города отдавали по 1 копейке «с бороды». Это способствовало тому, что образ русского мужика с бородой оставался неизменным на всем протяжении языческой и христианской России.

С 1715 года была введена единая пошлина для всех сословий — налог на православных бородачей и раскольников в размере 50 рублей в год. При бороде полагался обязательный старомодный мундир. Каждый, кто увидел бородача не в указанной одежде, мог донести начальству и получить половину штрафа и одежду в придачу. Если бородач не был способен уплатить штраф, его высылали на каторгу отрабатывать требуемую сумму.

В послепетровскую эпоху бороды разрешили не сразу. Дочь Петра Елизавета подтвердила указы о брадобритии, что вызвало в обществе неоднозначную оценку. Так, в 1757г. М.В.Ломоносов даже написал оду запрещенному атрибуту – «Гимн бороде», чем вызвал негодование царской семьи.

Эпоха тотального запрета на бороду ушла только в конце XVIII века. Екатерина II отменила пошлину 6 апреля 1772 года, но с оговоркой: государственные чиновники, военные и придворные должны были оставлять лицо «босым».

В XIX веке по-прежнему дворянству, чиновникам и студентам надлежало брить бороду. Лишь офицерам некоторых родов войск разрешалось отпускать усы. В царствование Николая I ношение бороды разрешалось только крестьянам и лицам свободных состояний, достигшим более или менее почтенного возраста, а у молодых признавалось за признак вольнодумства.

Чиновники всех гражданских ведомств обязаны были гладко выбривать всё лицо; только те из них, кто уже успел несколько повыситься на иерархической лестнице, могли позволить себе ношение коротких бакенбард около ушей, и то лишь при благосклонной снисходительности начальства. Для представителей податных сословий борода и усы являлись делом вкуса. Так, купца и крестьянина на улице всегда можно было узнать по окладистой бороде.

Последним царским указом, поставившим точку в истории бороды в России, стало распоряжение от 27 марта 1901 г. (9 апреля по новому стилю), разрешившее ношение бород, усов и бакенбардов юнкерам.

Генрих VIII ввёл налог на бороду в Англии в 1535 году.

Интересно, что аналогичные налоги и запреты существовали в то время и в Европе.

Похожие налоги были введены в Англии и Франции в XVI веке. Известны даже попытки полностью запретить бороды. Новый свет также не отличался либерализмом – в американском штате Mассачусетс в 1830 году небритость каралась тюремным заключением.

Сегодня налог на бороду потерял свою актуальность. Однако многие продолжают платить за возможность носить бороду. Достаточно распространенным явлением в наши дни является невозможность устроиться на высокооплачиваемую работу, имея бороду. Эта «комиссия» за ношение бороды и стала своеобразным «налогом», только фискальную палочку государство передало бизнесу. Полная отмена «налога» на бороду возможна только со сменой парадигмы гладковыбритого успеха.

5 сентября 1698 г. 320 лет назад Петр I установил налог на бороды

С самого начала своего правления Петр I взял курс на сближение с Западом. Наглядным образом это проявилось в заботах царя о том, чтобы русские люди и внешним обликом должны напоминать жителей Европы. Начало преображению русского человека в европейца положило возвращение Петра I в Москву из первого путешествия по Европе.

В августе 1698 года на следующий день после прибытия из-за границы 26-летний царь Петр Алексеевич в собрании бояр велел принести ножницы и собственноручно и публично лишил бороды нескольких бояр знатных родов. Бояре были шокированы выходкой царя, от их солидности и суровости не осталось и следа. Позже Петр неоднократно проделывал подобную операцию.

Однако новые порядки приживались с трудом. Царя осуждали, его новшество не принимали; были и такие, кто, расставшись с бородой, кончал жизнь самоубийством. По всей России роптали, ведь считалось, что бритье бороды – грех, а священники отказывали в благословении безбородому.

В действиях Петра бояре усматривали покушение на сами устои русской жизни и упорствовали в бритье бород. В связи с этим 5 сентября 1698 года Пётр I установил налог на бороды, дабы все же привить своим подданным моду, принятую в других европейских странах.

Для контроля был введен и специальный металлический жетон – бородовой знак, представлявший своего рода квитанцию об уплате денег за ношение бороды. Уже к концу этого же года требование брить бороду было распространено на основные группы городского населения; была определена и штрафная сумма за неисполнение распоряжения.

А согласно указу 1705 года все мужское население страны, за исключением священников, монахов и крестьян, было обязано брить бороды и усы. Налог за ношение бороды был увеличен в зависимости от сословной принадлежности имущественного положения человека.

Устанавливалось четыре разряда пошлины: с царедворцев, городовых дворян, чиновников по 600 рублей в год (огромные по тому времени деньги); с купцов – по 100 рублей в год; с посадских людей – по 60 рублей в год; со слуг, ямщиков и всяких чинов московских жителей – по 30 рублей ежегодно. Крестьяне пошлиной не облагались, но каждый раз при въезде в город взималось по 1 копейке «с бороды». Отменена пошлина была лишь в 1772 году.

Почему Петр брил бороды?

Реформаторская деятельность Петра Первого всем хорошо известна, но один вопрос историков интересовал давно – почему Петр решил брить бороды. Объяснение всегда было таким, что мол де западная мода и т.п. Мода , конечно дело великое, но уж больно были высоки налоги, которые вдруг пришлось платить за право ношения бороды. Как это мода увязывается с драконовскими поборами?

Интересно, что Петр проводит указ о бритье бород сразу после возвращения из за границы. Оттуда кстати приходит и право торговли табаком. За это , разумеется, торговцы должны были платить лицензионные деньги.
5 сентября 1698 года, великим и могущественным царем всей Руси Петром I, был издан указ: рубить бороды. Первым делом этот указ касался бояр, купцов, военачальников, но не обошел стороной он и остальных горожан мужского пола. Не распространялось повеление царя лишь на священнослужителей и частично мужиков, так как они могли носить бороды, но только находясь в деревнях. Знать петровской Руси пришла в ужас от нововведения.

Давайте посмотрим на вопрос бритья с экономической стороны.
Для процесса бритья необходимы как минимум две вещи – бритва и мыло. Вопрос не праздный, а сколько стоила клинковая бритва в 18 веке? Наверное есть соответствующие документы и если, уважаемые форумчане найдут информацию, то это будет очень ценно. Возьмем современные цены на качественные бритвы. 200- 300 евро. Это при условии развитости рынка и конкуренции. В 18 веке это должен был быть или Шеффилд или Золинген. И количество бритв должно было быть невелико.
Стрелец получал 4 рубля в год. Корова стоила 2 рубля. Исходим из того, что корову сейчас можно купить за 500 евро. Совершенно грубо представим, что бритва могла стоить до одного рубля. А может быть и больше. Понятно, что человек не мог ее позволить но, тогда он должен был идти к цирюльнику, для которого это уже был реальный бизнес. А теперь представим количество потенциальных клиентов…

Теперь о мыле. Только с 19 века мыло становится более-менее доступным, а в петровские времена это был достаточно дорогой продукт. Наверное установить объективную стоимость мыла того времени можно но не столь уж важно. Денег это требовало больших.
Являлась ли эта реформа идеологической? Несомненно. Бритье это дисциплина. Дисциплина это подчинение. Подчинение это залог достижения цели. Не любили и не любят Петра. Любили и любят Петра. И смысл этого антагонизма в том, что Петр это проводник новых экономических отношений, у которого можно поучиться нынешним маркетологам.

К бороде в средневековой Руси относились с уважением. Она была предметом зависти у одних и гордости у других. Пышная густая растительность на лице приравнивалась к особому положению в обществе и ценилась выше богатства. Однако не у всех борода вызывала благоговейный трепет. Наперекор устоявшимся традициям пошел самый главный вельможа в государстве – царь Петр I.

«Бородатый» указ и его исполнение

По приезду домой из полуторагодовалого путешествия, царь издал указ от 5 сентября 1698 года, в котором приказал рубить бороды боярам, купцам, военачальникам и прочим горожанам-мужчинам. Распоряжения не касалось только священнослужителей и деревенских мужиков.

Приближенные государя после таких новостей испугались и переполошились. Они не были готовы расставаться с самым дорогим для них символом мужской состоятельности и чести, даже если этого требовал царь. Почтенные представители знати не подозревали о существовании средств для бритья, впрочем, не знал о них и Петр I. Поэтому он просто отрезал бороды своим подчиненным, чем несказанно удивил и расстроил их.

Многие из «потерпевших» всю жизнь носили бороды с собой в кармане и пожелали быть похороненными с этим мужским украшением, вышедшим из моды по желанию царя.

Но не все смиренно подчинились воле государя. Многовековой уклад трудно было сломать силой одного документа, пусть и подписанного царствующей особой. Внутренние моральные устои оказались у части приближенных ко двору более крепкими, чем преданность царю и желание жить с ним в согласии. Противостояние закончилось тем, что Петр I сдался. Он пошел на уступки некоторым особо воинственно настроенным дворянам, разрешив им носить бороду при условии ежегодно выплачиваемого денежного взноса.

Описанные переживания того времени мало кому понятны. К счастью, современная мода не ограничивает мужчин в выборе образа и не навязывает чуждые им представления о красоте. Каждый волен выбирать, быть ли ему солидным бородачом или предпочесть молодежный и легкий стиль.

Реформирование налогообложения при Петре I

Главная » Налоги » Реформирование налогообложения при Петре I


Для удобства изучения материала, статью разбиваем на темы:

  • Увеличение количества прямых налогов и введение подушной подати
  • Косвенные налоги и таможенные пошлины
  • Реорганизация налогового аппарата

    Увеличение количества прямых налогов и введение подушной подати

    Проблема пополнения бюджета при Петре I встала очень остро, т.к. резко возросли расходы — на войны, на проведение масштабных реформ, на строительство каналов и городов, на создание регулярной армии и флота, на содержание непомерно выросшего чиновного аппарата. Например, военные расходы в 1702 и в 1703 гг. составили в бюджете страны соответственно 76,5 и 76,9%, в 1705 г. — 95,9%, в последующие годы — от 80 до 83%. Прежняя налоговая система не могла решить эти проблемы. Петр I использовал для пополнения бюджета монетную регалию (сокращал вес монет и содержание в них серебра при сохранении номинала, т.е. проводил «порчу» монет), гос. монополии на продажу ряда товаров. Появилась должность прибыльщиков, которые изобретали новые налоги.

    В 1699 г. дворецкий князя А.А. Курбатова, путешествуя с барином за границей, узнал об изобретенном там недавно гербовом налоге. По возвращении он тотчас обратился к Петру с предложением ввести в России «орленую бумагу». Так появился в России гербовый сбор. Был установлен налог на бороду (дворяне — 60 руб. в год, купцы I ст. — 100 руб., рядовые торговцы — 60 руб., прочие горожане — 30 руб., крестьяне при въезде в город — 1 коп. и при выезде — 1 коп.). Кроме того, были увеличены налоги на соль, питейные сборы, установлена монополия на продажу табака. В ведение казны были взяты рыбные ловли, за которые стал взиматься повышенный оброк. Увеличился оброк с торговых бань, лавок; домашние бани были переписаны и с них установлен оброк: по 3 руб. с бояр и гостей, по 1 руб. с дворянства и купечества, по 15 коп. с крестьянских бань. Были обложены налогом постоялые дворы и мельницы; сумма налога равнялась 1/2 их дохода. С 1704 г. один за другим вводились сборы померный, хомутейный, шапочный, сапожный, поддужный (с извозчиков), покосовщинный (с покосов), кожный (с кож), пчелиный, с найма домов и углов, привальный и отвальный (с лодок и других судов), трубный (с печей), с продажи арбузов, огурцов, орехов. Установлен был двойной оклад податей для раскольников.

    Прибыльщики, по словам В.О. Ключевского, «в погоне за казенной прибылью доходили до виртуозности, до потери здравого смысла, предлагали сборы с рождений и браков». «Брачный налог» был положен на мордву, черемисов, татар, других нехристиан. К концу правления Петра обнаружилось, что сборы, предложенные прибыльщиками, «усилили налоговое напряжение и раздражение, донимая не только тяжестью некоторых из них, но еще более своей численностью, заходившей за 30». Постепенно эти сборы падали, накапливались недоимки. Ключевский замечает: «Работа прибыльщиков любопытна тем, что вскрывает одно из основных правил финансовой политики Петра 1 требовать невозможного, чтобы получить наибольшее из возможного».

    Выросли прямые налоги на посадские и крестьянские дворы введением новых сборов: драгунские деньги, корабельные, рекрутские, подводные. Продолжали взиматься «запросные» деньги: на жалованье мастеровым и работникам, строившим Петербург, сбор на седла, портупеи, на провиант для Петербурга и т.п. Эти поборы тяжелым бременем ложились на податное население. Например, в Архангельском уезде в 1710 г. запросные сборы составляли с посадского двора 8 руб. 55 к., с черносошного крестьянского двора — 5 руб. 98 к.

    Не забывал Петр и отаком потенциальном источнике налоговых поступлений, как церковь. В декабре 1701 г. он издал указ об изъятии у монастырей права на распоряжение их своими вотчинными доходами. Сбором налогов с монастырских вотчин ведал Монастырский приказ. Он определил денежные и хлебные дачи, равные для всех монахов без различия сана: по 10 руб. и по 10 четвертей хлеба на брата.

    Значительные средства Петр получил от «порчи» монет. Общий итог чеканок серебряной монеты при Петре составил 38,4 млн. руб. (в переводе на 70ю пробу) и медной монеты — на 4,3 млн. руб. Монетная реформа сыграла значительную роль в финансировании начального периода Северной войны.

    Петр решил увеличить подворную подать и для этого в 1710 г. провел перепись, которая, однако, показала значительную убыль населения: в Архангелогородской губ. по сравнению с переписью 1678 г. убыль составила 40%, в Ингерманландской — 40,5, в Смоленской — 21,2, в Московской — 24,8 и лишь в Сибирской губернии наблюдался прирост населения на 47,9%. Причинами убыли населения были наборы в рекруты (армия поглотила до 200 тыс. человек), принудительная вербовка рабочей силы на строительство Петербурга, каналов, верфей, бегство крестьян от непосильных налогов в южные районы страны и в Сибирь. В 1699—1709 гг. к различным работам принудительно привлекалось ежегодно 16,7 тыс. человек. По мнению П.Н. Милюкова, эти данные в совокупности с дефицитом бюджета свидетельствовали об экономическом кризисе в государстве. И причина его была только одна — «рост податного бремени, отрыв от земли лучшей части плательщиков».

    В такой ситуации, не желая отказываться от дальнейших реформ, Петр приказал собирать налоги по переписи 1678 г. Однако это оказалось невозможным. Повторная перепись 1715 г. вновь показала, что число дворов значительно меньше, чем в 1678 г.

    Вывод напрашивался сам собой: подворная система не позволяет увеличить налоговые поступления, охватить налогами больший контингент плательщиков.

    П.Н. Милюков в своем фундаментальном исследовании «Государственное хозяйство России в первой четверти ХУ1П столетия и реформа Петра Великого» (СПб., 1892) использовал документы из «кабинетных бумаг» Петра. В одном из них под названием «Статьи к умножению государственной казны для нужды настоящей войны» неизвестный автор пишет: «Мне кажется, что крестьянам не доведется быть больше отягченным, …понеже по премногу суть отягчены. И если больше будут отягчены, останется земля без людей».

    Он предложил для пополнения казны:

    1. Уменьшить на содержание серебра в монетах.

    2. Сделать внутренний заем на 1 млн. руб.

    3. Для торгово-промышленного населения в городах увеличить в 2 раза обложение дворовой земли.

    4. Установить госмонополию на продажу соли, вина, табака, поташа, смольчуга, соболей.

    С 1713 г. начинают обсуждаться проекты общей податной и административной реформы. Предлагается провести еще одну перепись, чтобы проверить истинные причины «пустоты» (убыли населения), т.к. высказывались мнения, что одной из главных причин является утайка душ при переписи. Перепись дворов 1716—1717 гг. еще раз показала убыль населения.

    Другой неизвестный автор предложил провести подушную перепись и ввести подушное обложение. Оно должно распространяться на низшие слои населения, а остальные должны платить налог в размере части дохода. Правительство ухватилось за идею поголовного налога, но «не обратило внимания» на не менее интересную мысль — подоходного налога с богатых. Идею подушного налога, как более равномерного и справедливого, выдвигал также в 1714 г. Обер-фискал А. Нестеров. Кстати, поголовный налог был давно известен; он широко применялся в ряде стран средневековой Западной Европы.

    Подворное обложение критиковал и выдающийся мыслитель петровской эпохи Иван Тихонович Посошков (1652—1726). В то же время он отвергал и принцип подушного обложения. В своей «Книге о скудости и богатстве» (написана в 1724 г., впервые издана в 1842 г.), которая содержала обширную программу реформ, он писал: «А и во исчислении душевном не чаю ж проку быть, понеже душа вещь неосязаемая и умом непостижимая и цены не имущая, надлежит ценить вещи грунтовальные». Несостоятельность подушной системы Посощков видел в том, что она игнорирует различия в имущественном положении плательщиков. Единственно правильной системой прямого обложения, по его мнению, должна быть поземельная подать, которая исчисляется «по владению земли и по засеву на том его владенье». Он считал, что платить поземельный налог должны все сословия, кроме духовенства: дворяне, крестьяне, купцы, всяких других чинов люди, городские жители, государственные служащие, судьи. Тягловая единица «двор» должна представлять собой комбинацию двух принципов обложения — поземельного и подворного. Это обеспечило бы большую соразмерность величины подати с имущественным положением плательщиков, чем при посощном и подворном обложении в отдельности.

    Посощков критически относился к множественности налогов на торговый оборот, порядку их взимания. «Покушаются с одного вола по две и по три кожи сдирать, а по истинной правде не могут ни единые кожи целые содрати и елико ни нудятся, токмо лоскутья содирают». Его предложение — вместо всех прежних налогов и сборов установить с купечества единый сбор в размере 10% с цены товара, причем он должен взиматься только один раз, независимо от места продажи товара.

    Петр поддержал идею подушной подати, т.к. причин замены подворного обложения накопилось достаточно:

    • Подворная система не обеспечивала возросшие потребности армии и флота, т.к. число дворов неуклонно убывало.

    • Принцип обложения по дворам перестал соответствовать налоговой политике правительства. Оно стремилось охватить налогами возможно больший круг плательщиков. К концу существования подворной системы стала заметной тенденция к назначению повинности не на конкретное «дворовое число», а на всех наличных плательщиков.

    • Кризис подворного обложения, выразившийся в утайке «дворового числа», недоимках, усугублялся несовершенной системой сбора налогов.

    • К этому можно добавить, что подворная система не давала возможности воспользоваться при сборе налогов приростом населения. Обложение по душам гарантировало привлечение к уплате всех податных лиц.

    Первый опыт введения поголовной подати относится к 1705 г., когда этот налог был введен на торговых людей, мастеров и работных людей «разного чина». Оклад его составлял от 3 алтын 2 денег до 1 рубля с человека в зависимости от «разряда» плательщика. В 1710 г. в Азовской губернии в порядке эксперимента был проведен сбор налогов не со двора, а с лиц обоего пола от 10 до 60 лет.

    После проведения подушной переписи в 1719— 1721 гг. было выявлено 4 889 719 душ мужского пола. В это число кроме крестьян и посадского населения были включены также дворовые люди, холопы, «гулящие люди» и священники, живущие на частновладельческих землях. Имея сведения об утайках податных душ при переписи, правительство в январе 1722 г. назначило проверку ее результатов, которая была поручена военным — генералам и офицерам. В ходе проверки были вскрыты многочисленные случаи утайки; виновные подвергались строгим наказаниям, вплоть до конфискации сел, в которых была допущена утайка. Фигурантом самого громкого дела об утайке оказался А.Д. Меншиков (скрыл около 3 тыс. душ). На следствии выяснилось также, что ему удавалось на протяжении всей Северной войны (1700—1721) освобождать свою вотчину от уплаты налогов. В результате Меншикову пришлось заплатить крупный штраф — свыше 27 тыс. руб. На май 1724 г. новое подушное число составило 5,5 млн. человек.

    Петр I планировал использовать средства подушного налога на нужды армии. В то время содержание одного пешего солдата составляло 28 руб. 40 коп. в год, одного драгуна — 40 руб. 17 коп. Таким образом, одного пехотинца содержали 35 душ драгуна — 50 душ. Расходы на армию были определены в 4 млн. руб. Эта сумма была разложена на податное население частновладельческие крестьяне платили 74 коп. в год, государственные 1 руб. 14 коп. (к 74 коп. прибавлялась оброчная подать в 40 коп.), посадское население — 1 руб. 20 коп. Подушная подать должна была заменить все прежние прямые налоги.

    Новый налог не вводился в Лифляндии, Эстляндии, Ингерманландии, Малороссии, Слободской Украине; его не платили астраханские и уфимские татары и коренное население Сибири; приписные крестьяне (приписанные к мануфактурам) в количестве 200 тыс. человек отрабатывали подушную подать на заводах.

    Исследователи отмечают, что «податная душа» никогда не соответствовала наличной живой душе. «Личность отдельного крестьянина растаяла и исчезла» в системе подушной подати, писал М.И. Боголепов. «На ее место встала отвлеченная «податная душа», зарегистрированная в ревизских сказках. На протяжении целых столетий, вплоть до наших дней, русская податная политика не знает и не хочет знать фактического состава главного податного класса».

    Новая податная единица — душа мужского пола любого возраста — не соответствовала платежеспособности населения. На практике сложился иной, чем задумывалось, порядок раскладки новой подати. Число душ учитывалось при определении обшей суммы налога на каждый населенный пункт. Раскладка на отдельные крестьянские хозяйства производилась общиной (или помещиком) по прежнему принципу — «по животам и промыслам», т.е. с учетом благосостояния семьи. Сохранялась и круговая порука. Правительство в раскладку не вмешивалось. При таких условиях обложение получилось чрезвычайно не уравнительным благодаря произволу местных властей. С введением подушной подати окончательно утвердилась раскладочная система, которую многие считали «национальной особенностью нашего податного законодательства».

    Податная реформа сопровождалась установлением нового порядка размещения армии на постой в мирное время. Полки должны были разместиться на «вечные квартиры» в городах и деревнях. Полковые штабы наделялись полицейскими и финансовыми функциями по сбору подушной подати. Солдаты размещались в крестьянских избах или в казармах, построенных крестьянами. Милюков замечает: «Распределение армии по уездам явилось величайшей ошибкой, подвергнувшей страну всем неприятностям солдатского постоя и сделавшей без того уже тяжелую подушную подать совершенно невыносимой».

    Кроме того, сохранялась трудовая повинность тяглого населения — строительство оборонительных линий на юге и юго-востоке страны, участие в переброске армейских частей, снаряжения и провианта. Например, во время Русско-турецкой войны 1735— 1738 гг. к таким работам было привлечено свыше 100 тыс. крестьян со своими лошадьми и повозками.

    В период подготовки и проведения реформы усилились побеги крестьян. По официальным данным, за 1719—1727 гг. от переписи и подушной подати бежали более 200 тыс. крестьян. Правительство ужесточает борьбу против беглых крестьян. В марте 1723 г. Сенат издал указ о строительстве вдоль границы специальных застав для поимки беглых крестьян. Были установлены суровые наказания за их укрывательство. Помещики, приказчики и старосты подвергались штрафу до 100 руб. за душу мужского пола и 50 руб. за душу женского пола. Имение помещика подлежало конфискации, сам он направлялся на галеры, а приказчики наказывались кнутом. Сами беглые также подвергались наказанию кнутом. Сочетание податной реформы с такими жесткими действиями властей против беглых крестьян обострило социальные противоречия в обществе.

    Сильнее всех от введения подушной подати пострадали помещичьи крестьяне, платежи которых возросли в 3—4 раза. Одновременно помещики увеличили оброк со своих крестьян до 10—12 руб. Ключевский по этому поводу восклицает: «Можно только недоумевать, откуда у крестьян брались деньги для таких платежей при тогдашнем тесном пространстве денежного крестьянского заработка!».

    После введения подушной подати доходы бюджета резко возросли: с 6,5 млн. руб. в 1723 г. до 8,5 млн. руб. А с 1680 по 1724 г. сумма доходов бюджета возросла в 5,8 раза.

    Тяжесть подушной подати обнаружилась сразу же. В 1724 г., когда ее впервые начали собирать, недоимки составили 848 тыс. руб., что составляло 18% первоначального плана. По подсчетам А.А. Кизеветгера, недоимки с посадов в 1724 г. составили до 50—70% оклада. С мест сообщали, что «тех подушных денег по окладам собрать сполна никоторым образом невозможно, а именно за всеконечною крестьянскою скудостью и за хлебным недородом, и за выключением из окладных книг, написанных вдвое и втрое, и за сущею пустотою, и за пожарным разорением, и за умерших и беглых, и за взятых в рекруты, и за престарелых и увечных, и слепых, и сирот малолетних, и бездворных бобылей, и солдатских бес пашенных детей». Давая общую оценку финансовой деятельности Петра, Ключевский пишет: «В своей финансовой политике Петр походил на возницу, который изо всей мочи гонит свою исхудалую лошадь, в то же время все крепче натягивая вожжи».

    Трудно согласиться с утверждением А.Б. Каменского, что «по форме новая система налогообложения по сравнению с предшествовавшей была более прогрессивной и находилась в русле процесса модернизации, потому что:

    Во-первых, делала более эффективной финансовую систему государства,

    Во-вторых, способствовала выделению личности из патриархального коллектива».

    На это можно ответить так:

    1) Эффективность финансовой системы была мнимой, т.к. чрезмерный подушный налог подрывал платежеспособность населения (вспомним об огромных недоимках в первый же год действия подати).

    2) Как можно говорить «выделении личности» из коллектива, когда действовал принцип круговой поруки?

    3) Введение подушной подати способствовало укреплению крепостного права, т.к. государство, взимая подушную подать с крепостных крестьян, имело дело с помещиком: раскладка и взимание подати были его делом.

    4) Введение подушной подати способствовало расширению контингента податных сословий: в них были записаны холопы, «гулящие» люди, низшие служители Русской православной церкви, которые жили и имели приход на частных помещичьих землях, и т.д. В то же время дворянство продолжало оставаться неподатным сословием.

    Здесь уместно вспомнить острокритическую оценку подушного налога, которую давал Н.И. Тургенев, декабрист и основоположник финансовой науки в России: «Подушные налоги, собираемые с каждого поровну, суть следы необразованности предшествующих времен, когда нужды общественные были малозначащие и когда правительства, не зная утонченных способов разделения налогов, брали с каждого поровну. Главное неудобство подушных налогов в том, что они не сообразуются с доходом каждого».

    На наш взгляд, в подушной системе имелись следующие недостатки:

    • Раскладка подушной подати проводилась по спискам переписи («ревизии»), которая проводилась раз в несколько лет. Поэтому в списках оказывались умершие, беглые, рекруты, за которых платили члены общины.

    • Подушную подать должны были платить инвалиды, нетрудоспособные, она взыскивалась с детей, начиная с грудного возраста.

    • Подушная подать была назначена для всех плательщиков одинаковой, она не учитывала их имущественного положения. Поэтому крестьянские и посадские общины стали на путь раскладки подати «по животам и промыслам».

    • Размер подушной подати оказался слишком большим, непосильным для населения. Не случайно один из первых указов Екатерины I понизил подушную подать на 4 коп. и было решено провести ревизию выбывших душ.

    • Податной гнет в связи с реформой был усилен появлением новой обязанности тяглого населения держать на постое солдат или строить для них казармы за свой счет.

    • Частым явлением были злоупотребления сборщиков налога.

    • Введение подушной подати не привело, как задумывалось, к ликвидации других платежей, которые лежали на податном населении.

    Косвенные налоги и таможенные пошлины

    Важной статьей дохода оставались питейные сборы. Политика в этом направлении была гибкой и не раз менялась. В 1705 г. питейные сборы в отдаленных районах были даны на откуп. В 1716 г. установлен сбор с емкости кубов и казанов частновладельческих винокуренных заводов по полу полтине (25 коп.) с ведра. Право на винокурение продолжало быть привилегией дворянства. В 1724 г. некоторые кабаки были подчинены ратушам и магистратам; питейная прибыль шла целиком в их пользу.

    Продажа табака в 1698 г. была передана английской компании с обязательством ввозить 3—5 бочек американского табака с уплатой пошлины 4 коп. за фунт. Но с 1705 г. была введена казенная продажа табака. Вскоре монополией государства стала также продажа дегтя, мела, рыбьего жира, ворванного сала с сохранением прежней монополии на смолу, поташ, икру, ревень, клей, щетину, хлеб. Кстати, при Петре I в России начинается собственное производство табака: возникают табачные плантации, строятся фабрики — в Петербурге и Ахтырке. С 1716 по 1727 г. в отношении продажи табака вновь действовала откупная система.

    В 1705 г. была введена соляная монополия, в результате которой цены на соль резко возросли: выше 1 руб. за пуд. Это давало чистой прибыли 200 тыс. руб. в год. И. Посошков по этому поводу писал, что от «бессолицы люди напрасно помирают». Правительству пришлось вернуться к свободной торговле при условии уплаты пошлины.

    Постоянно нуждаясь в средствах, Петр I решил использовать и такой источник, как внешние таможенные пошлины, хотя внешняя торговля носила по преимуществу пассивный характер, т.е. ввоз преобладал над вывозом.

    Мероприятия Петра I в сфере торговли и таможенной политики позволяют квалифицировать его как меркантилиста, поскольку он:

    • стремился к ограничению вывоза сырья и сельскохозяйственных продуктов;

    • принимал меры к ограничению ввоза, особенно готовых изделий, к поддержанию активного торгового баланса для пополнения бюджета;

    • принимал меры к накоплению в стране драгоценных металлов и монеты.

    С образованием в 1715 г. Коммерц коллегии началась разработка тарифов по ввозимым и вывозимым товарам. В проекте предусматривалась пошлина в 10% стоимости товара, или 5 коп. с рубля ефимками. Лишь на некоторые товары она повышалась до 2040%.

    Постепенно Петр пришел к выводу, что надо сократить ввоз иностранных изделий, которые являются успешными конкурентами отечественных товаров и тем самым тормозят развитие российской промышленности. Он дал указание разработать новый, «резко протекционистский» тариф, значительно повысив ввозные пошлины. На этот раз Камер-коллегия работала в тесном контакте с Мануфактур и Берг-коллегиями. Оклады пошлин были установлены в 25, 50 и 75% стоимости товаров и уплачивались ефимками. Надо вспомнить, что в это время ефимок внутри страны фактически стоил примерно 1 руб. 25 коп., а на таможне он имел курс по отношению к рублю 1:1.

    В 1724 г. новый тариф был утвержден.

    Его основные положения:

    • На продукты, которые в России производились в достаточном количестве, устанавливался очень высокий тариф — 75% к цене скатерти, салфетки, парусина, шелковая парча, тафта, ленты, очищенный воск, крахмал, поташ, купорос, скипидарные масла, железо «не в деле», иглы, пергамент, курительные трубки, сухие телячьи кожи.

    • Высоко покровительственная пошлина — 50% с цены взималась с голландского полотна, бархата, изделий из серебра, игральных карт.

    • Умеренная пошлина — 25% с цены распространялась на полушелковые ткани, выделанные кожи, чулки, бахрому, рукавицы, писчебумажные товары, железное оружие, стеклянные бутылки.

    • Пошлины в 10% устанавливались на предметы быта: медную и оловянную посуду, оконное стекло, гребни, дешевые ткани.

    • На многие предметы была оставлена прежняя пошлина в 4—6%: меха, вина, рыба, сукно и др.

    • Беспошлинным был установлен ввоз изделий из драгоценных металлов, огородных семян, животных (кроме лошадей), многих стройматериалов, апельсинов, лимонов, устриц.

    • Пошлины на вывозимые товары устанавливались в размере примерно 3% с цены. Запретительные пошлины были наложены на пряжу из льна и пеньки (для поощрения российского ткацкого производства).

    Таможенный тариф 1724 г. вызвал недовольство купечества, внешняя торговля сократилась. Сразу после смерти Петра был поставлен вопрос о его пересмотре.

    Реорганизация налогового аппарата

    Финансовые мероприятия первой четверти XVIII в. сопровождались реорганизацией финансовой администрации с целью централизации взимания налогов и введением строгого контроля за их поступлением. В 1680 г. прямые налоги составляли 33,7% всех доходов; в 1724 г. — 55,5%. Входе губернской реформы 1708—1709 гг. финансовая работа из центра — Ратуши переместилась в губернии. В январе 1710 г. состоялся съезд губернаторов с участием Петра, на котором обсуждался бюджет страны и было принято решение о лишении Ратуши функций центрального финансового управления; она стала органом купеческого самоуправления.

    Следующие преобразования в управлении финансами произошли в связи с созданием коллегий. В 1719 г. были образованы Камер-коллегия (ведала всеми видами сборов) и Штат коллегия (ведала расходами). Ревизион-коллегия получала ежегодные отчеты и «счетные выписи» по всем коллегиям. Кстати, в регламенте Камер-коллегии был зафиксирован основной принцип налоговой политики: необходимость соизмерения величины налогов с имущественным состоянием плательщика. Однако, как мы убедились, этот принцип находился в вопиющем противоречии с практикой.

    Одновременно были учреждены должности земского комиссара, камерира (надзирателя за сборами) и рентмейстера. Земский комиссар в своем уезде заведовал своевременным поступлением гос. доходов и вел их учет; в случае недобора налогов недостающую сумму должен был покрыть сам комиссар. Кроме того, комиссар заведовал приемом натуральных налогов, следил за распределением рекрутской и постойной повинностей, наблюдал за состоянием путей сообщения и за эксплуатацией государственных имуществ. Обязанностью земского камерира была передача всех сборов в земскую казенную службу—рентерею, которая находилась в заведовании рентмейстера. Общее наблюдение за поступлениями всех доходов в губерниях и деятельностью местных налоговых органов возлагалось на Камер-коллегию. Она же следила за движением недоимок. Н.К. Бржеский считает, что структура налогового аппарата, заимствованная Петром у Швеции, не соответствовала российским традициям и порядкам. «Пересаженная на чужую почву, хотя и в несколько измененном виде, она уже на первых порах потребовала значительных отступлений от первоначальных предположений законодателя. Закон, прежде всего, нуждался в исполнителях, а их то не было». В помощь новым должностным лицам Петр направил офицеров, но они не справились с непривычными обязанностями.

    С началом взимания подушной подати земский комиссар становился посредником между населением и армией, расположенной в данной местности. Являясь выборным от местного дворянства, земский комиссар собирал подушные деньги и передавал их полковому комиссару. Оказавшись в роли сборщика военной подати, он вышел из ведения Камер-коллегии и перешел в подчинение Военной коллегии. Это не способствовало четкой работе налоговой администрации.

    Следует согласиться с оценкой деятельности Петра I, которую дал В. Витчевский: «Проложить путь прогрессу выпало на долю самодержавного деспотизма в союзе со всевластной бюрократией. Деспотизм старался выполнить эту задачу… при помощи варварских средств, заимствованных из жестокого и темного прошлого, руководясь убеждением, что не власть создана для народа, а народ для власти».

    Вряд ли можно поддержать мнение Е.В. Анисимова, что после петровские деятели намеренно сгущали краски, стремясь показать, что итогом реформ Петра было разорение страны. Он сам в своей книге приводит данные об огромных налоговых недоимках: за 1724 г. свыше 1 млн. руб. (25% годового оклада), в 1729 г. — 1 млн. руб. (16% оклада). Он признает, что в целом по стране подушная подать была на 16% больше подворной (сравниваются 1721 и 1724 гг.). Крестьяне выплачивали огромные суммы на строительство штабных дворов для армии, на подготовку и отправку рекрутов. Эти расходы в совокупности составляли (в расчете на год) в 1724,1726—27 гг. 4 679 тыс. руб. Всего за указанные годы крестьяне выплатили казне 16,1 млн. руб. Эта сумма превышала подворную подать на 64,3%.


    УСН
    ЕНВД
    Налог на доход от продажи квартиры
    Налоговый вычет при покупке участка
    Возврат подоходного налога, обзор


    | | Вверх
  • ЕГЭ. История. Налоги при Петре I

    Уникальная программа снижения веса от Фаберлик.
    Новинки косметики фаберлик на faberllena.ru

    Налоги при Петре I

    Правление Петра I отличалось проведением масштабных реформ практически во всех сферах общественной жизни. Коснулось это и налоговой системы.

    Какова была налоговая система при Петре I? Какие изменения в ней произошли в правление этого великого деятеля?

    Налоговая реформа Петра I

    Причины проведения налоговой реформы:

    • Необходимость значительного повышения государственной казны, так как Россия вела постоянные войны, требовались большие расходы на армию и вооружение.

    • Совершенствование экономики, открытие новых предприятий, использование новейшей техники ,освоение новых земель- всё это требовало больших вложений.

    • Неэффективность подворного налогообложения, необходимость введение новой формы взимания прямых и косвенных налогов.

    Основное содержание налоговой реформы:

    • Повышение прямых и косвенных налогов.

    • Прямыми налогами являлись: рекрутский, корабельный, налог на бороду, на дубовые гробы, на государственные бумаги и другие.

    • Косвенные налоги: рыбные, медные, медовые, конские, банные и др. К 1724 году, в России насчитывалось около 40 различных налогов.

    • В 1710 г. была проведена перепись населения.

    • До 1678 г. единицей налогообложения была «соха», устанавливаемая сошным письмом, а с 1678 г. такой единицей стал двор. Немедленно возник и способ уклонения от налогов: дворы родственников, а порой и просто соседей, стали огораживаться единым плетнем. Петром I была введена подушная подать в 1718-1724гг. Это значило, что налоги взимались с каждого лица мужского пола от младенцев до стариков.

    • Создавались » Ревизские сказки»- документы, в которых отмечалось всё мужское население, обязанное платить налоги.

    • Петр I учредил особую должность — прибыльщиков, обязанность которых «сидеть и чинить государю прибыли», т. е. изобретать новые источники доходов казны. Был введен гербовый сбор, подушный сбор с извозчиков — десятая часть доходов от их найма, налоги с постоялых дворов, с печей, с плавных судов, с арбузов, орехов, с продажи съестного, с найма домов, ледокольный и другие налоги и сборы. Облагались даже церковные верования. Так раскольники были обязаны уплачивать двойную подать.

    Итоги налоговой реформы:

    • В результате налоговой реформы в три — четыре раза увеличилась государственная казна, что позволило успешно вести войны, добиться выхода к Балтийскому морю, повысить международный авторитет России, значительно расширить территорию страны.

    • Государство, несмотря на огромные издержки, обходилось собственными доходами и «не сделало ни копейки долгу».

    • Тяжёлым бременем налоги легки на плечи народа. Ухудшилось материальное положение людей, началось массовое бегство крестьян от помещиков, по всей России вспыхивали крестьянские буны и восстания.

    Примечание: о налоговой системе России до Петра I можно найти материал

    Материал подготовила: Мельникова Вера Александровна

    Оставить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *